Данная статья посвящена проблеме возникновения разночтений в стихе Иез. 27: 7. Вариант в библейском отрывке возникает из-за полисемии в масоретском тексте, которая способствовала развитию большого числа вариантов в переводах. Актуальность статьи заключается в том, что существует несколько вариантов данного стиха на русском языке, а потому задачей текстологии является установить генезис каждого из них. Автор обращает внимание на то, что для сравнительного изучения привлечены данные латинского, сирийского и славянского переводов. В ходе исследования автор приходит к выводу, что все переводчики, обращаясь к исследуемому стиху, применяли обертональный перевод, а выбираемое соответствие еврейских слов נֵס и מִפְָרש , составляло предмет экзегезы, так как переводческий эквивалент соответствовал тому образу, который представлял себе автор переводного текста. Так, в слове מִפְָרש во всех значениях есть общая идея: оно обозначает некую развернутую ткань. Но что это была за ткань — зависит от толкования. Переводчики с еврейского текста считают, что в Иез. 27: 7 имеется в виду парус. Первым в своем переводе отразил это блж. Иероним. Переводчики, следующие Септуагинте, полагают, что речь идет о постели, в то время как переводчик с сирийского употребил слово «украшение», либо «одежда», увидев в отрывке описание роскошных одежд жителей Тира.